Тяжелый танк Pz.Kpfw.V «Пантера» (Sd.Kfz.171)  (Германия)

Тяжелый танк Pz.Kpfw.V «Пантера» прочно вошел в историю как один из самых узнаваемых танков Второй мировой войны. Его появление стало ответом немецкой промышленности на серьёзный вызов — советский Т-34. Столкнувшись с преимуществами машины противника, германское Министерство вооружения было вынуждено скорректировать планы и все силы бросить на новый проект. К новой машине предъявляли чёткие требования: она должна была уместиться в ширину до 3150 мм и в высоту до 2990 мм, оснащаться двигателем мощностью 650–700 л. с. и иметь броню толщиной 40 мм. Расчётная максимальная скорость составляла 55 км/ч. Именно под этим набором параметров и родилось условное обозначение проекта — «Пантера».

Тяжелый танк Pz.Kpfw.V «Пантера» (Sd.Kfz.171)

История создания тяжелого танк Pz.Kpfw.V «Пантера»

Уже с самого начала войны, немецкая стратегия блицкрига начала трещать по швам, и не в последнюю очередь от того, что немецкие танки по всем параметрам уступали новым советским. Вермахт спохватился поздно, и только 25 ноября 1941 года Адольф Гитлер приказал компаниям Daimler-Benz и MAN разработать новый танк, способный бороться со средними и тяжелыми танками СССР.

Первым, в марте 1942 года, свой прототип VK3002 (прототип которого VK3001, в свою очередь, был практически полной копией советского Т-34) представил Daimler-Benz. VK3002 также унаследовал много характерных черт советского танка, однако был полностью собственной разработкой. MAN закончил свой прототип VK3002 в начале февраля 1942 года. Его конструкция также напоминала Т-34 даже внешне, в том числе смещенной вперед башней.

14 мая 1942 года, после окончания испытаний, Гитлер приказал запустить в серию VK3002 фирмы MAN, под обозначением Pz V «Пантера». Прототип Daimler-Benz был признан недоработанным технически и… трудно отличимым от Т-34 в боевых условиях. Любопытно, что свой вариант «Пантеры» разрабатывала и фирма «Шкода», под индексом Panzerkampfwagen T-25. Эта машина также была не принята к производству и также подозрительно напоминала все тот же Т-34.

Предполагалось, что основным вооружением танка будет 75-мм орудие KwK 42 L/100, но оно ещё не было готово к производству, и на Pz V установили более короткие 75-мм орудия KwK 42 L/70. Технически, «Пантера» все ещё была схожей с  Т-34 (широкие гусеницы, наклонное расположение броневых плит и т.п.), однако, это был совсем другой танк.

Чертеж тяжелого танка Pz.Kpfw.V «Пантера»

Производство танков Pz. V «Пантера»

Первая серийная «Пантера» покинула заводской цех фирмы MAN 11 января 1943 года. Танки «нулевой» серии (20 единиц) получили обозначение Ausf А. Они не имели ничего общего с одноименными машинами, выпускавшимися с сентября 1943 года. Характерной особенностью первых серийных «пантер» была командирская башенка с выступом на левом борту башни и однокамерный дульный тормоз пушки. Танки оснащались двигателями Maybach HL210P45 и имели лобовую броню толщиной 60 мм. Их использовали только в тылу для подготовки экипажей. С февраля 1943 года обозначение машин этой серии изменилось на Ausf D1, далее они использовались исключительно как испытательные и тренировочные машины.

Первую серийную партию «пантер» планировалось изготовить к 12 мая 1943 года — дату выбрали не случайно, 15 мая должно было начаться немецкое наступление под Курском — операция «Цитадель». Однако в течение февраля и марта большую часть из 77 изготовленных танков военные не приняли, в апреле же вообще не приняли ни одного. В связи с этим сроки наступления перенесли на конец июня. К концу мая вермахт получил долгожданные 324 «пантеры», что позволило укомплектовать ими 10-ю танковую бригаду. Но возникшие проблемы с освоением танкистами сложного бинокулярного прицела TZF 12 и желание ввести в строй еще 98 танков, выпущенных в июне, заставили передвинуть дату начала наступления с 25 июня на 5 июля. Так трудности с производством и освоением в войсках первых «пантер» повлияли на сроки летнего наступления на Восточном фронте в 1943 году.

Pz V «Пантера» Ausf D, впервые приняли участие в боях в июле 1943 года, в составе 52-го и 53-го танковых полков. Из-за технических проблем многие «Пантеры» сломались ещё до начала боев. К 10 августа 1943 года из 250 тяжелых танков, в боевом состоянии осталось всего 43 машины, и позже они были переделаны в истребители танков Panzerbefehlswagen (Sd.Kfz.267).

Для восполнения потерь, понесенных в боях под Курском, начиная с августа был установлен ежемесячный производственный план — 250 «пантер». Однако в августе изготовили только 120 танков — в результате бомбежек союзной авиации оказались сильно разрушенными заводы фирмы MAN в Нюрнберге и DaimIer-Benz в Берлине. Не удалось выполнить план и в сентябре (197 машин), и лишь в октябре заводские цехи покинули 257 танков!

С сентября 1943 года начался выпуск следующей модификации «Пантеры» — Ausf А. Изменений внесли не много: появилась шаровая установка курсового пулемета в лобовом листе корпуса; ликвидировали лючок для выброса стреляных гильз и бойницы для стрельбы из личного оружия в бортах башни; вместо двух фар стали устанавливать только одну — на левом крыле. Бинокулярный прицел заменили монокулярным TZF 12а. Угол возвышения танковой пушки уменьшился с 20° (у Ausf D) до 18°.

На 600 более поздних Pz V «Пантера» Ausf. D (Ausf. D2) установили более мощные двигатели HL 230 P 30, ставившиеся на все последующие танки. В августе 1943 года была создана новая версия танка — Ausf.A. Несмотря на довольно неплохие боевые качества, «пантера» была скорее классическим «охотником за танками» и мало годилась на роль «универсальной» машины, по типу Pz VI «Тигр». Вдобавок, слабым место танка была боковая броня, легко поражаемая советскими танками.

В конце 1943 года началось проектирование очередной модификации «Пантеры» — Ausf F, которая существенно отличалась от предшествующих моделей. Важнейшим нововведением стала башня, получившая название Schmalturm («узкая» или «тесная башня»), которая была меньше стандартной и имела другую конструкцию.

В течение 1944 года изготавливалось и испытывалось несколько прототипов. Проектирование закончилось лишь в январе 1945 года.

Тяжелый танк Pz.Kpfw.V «Пантера»

Всего, с 1943 по 1945 год компаниями MAN и MNH, параллельно с Daimler-Benz, Henschel и Demag было выпущено 5976 тяжелых танков Pz V «Пантера».

Кроме Германии танки этого типа должны были получить Венгрия, Япония и Италия, однако до Японии пробный экземпляр «не доехал», а Италия к моменту начала производства уже вышла из войны. Уже в послевоенное время «Пантерами» комплектовались танковые части французской армии, а также Чехословакии, Венгрии, Румынии и Югославии (см. ниже).

Характеристики тяжелого танка Pz.Kpfw.V «Пантера»
Страна:	Германия
Тип:	Тяжелый танк
Дата выпуска:	1943 год
Длинна:	6,88 м
Ширина:	3,4 м
Высота:	2,98 м
Броня, лоб:	60 мм
Броня, борт:	40 мм
Броня, башня:	40 мм
Экипаж:	5 человек
Двигатель:	Maybach HL 230 P 30, 700 л.с.
Дальность хода:	177 км
Максимальная скорость:	46 км/ч (по дороге), 24 км/ч (по дороге)
Масса:	43 т
Вооружение:	1х 75-мм KwK 42 L/70 (81 снаряд), 2× 7,92-мм MG 34 (4200 патронов)

Особенности конструкции немецкого тяжелого танка Pz.Kpfw.V «Пантера»

«Пантера» имела классическую для немецких танков схему — с отделением управления в передней части, боевым отделением в средней части корпуса и моторному отделению в задней. В башне размещались 75-мм пушка и спаренный с ней пулемёт, а также приборы наблюдения и прицеливания, механизмы наводки и сиденья для командира, наводчика и заряжающего. Боекомплект распределяли по нишам в корпусе, вдоль стенок и под вращающимся поликом башни.

Под полом боевого отделения находились: водяной насос, насос гидравлической системы для поворота башни и самого танка, а также воздушный компрессор для продувки ствола пушки после каждого выстрела, отсасывая его из короба гильзоулавливателя лоя уменьшения загазованности в башне.

Между боевым и моторным отсеками стояла изолирующая металлическая перегородка.

Корпус танка

Конструкция корпуса «Пантеры» предусматривала рациональный углов наклона бронелистов, по аналогии с Т-34. Броневые листы соединяли в шип и проваривали двойным швом. Лобовая проекция состояла из двух листов: верхний ставили под углом 38°, нижний — под 37°. Такая «ломаная» схема заметно увеличивала эффективную толщину брони. Борта тоже делали с расчётом на рикошет: нижние листы были вертикальными, а верхние — наклонены на 48°. Корма, обращённая в наименее опасную сторону, имела наклон 60° — этого хватало, чтобы отражать случайные попадания и осколки.

На крыше носовой части корпуса находились люки-лазы для механика-водителя и радиста. Их конструкция отличалась в разных модификациях: на ранних версиях крышки поднимались и отводились в сторону с помощью подъёмно-поворотного механизма, а на модификации G их сделали на петлях — проще и надёжнее в эксплуатации.

Для наблюдения в передней части крыши устанавливали перископические приборы: четыре на ранних версиях и два — на G (по два на каждого из передних членов экипажа). Рядом находилось вентиляционное отверстие под броневым колпаком, а перед ним — стойка для фиксации ствола пушки в походном положении: это помогало избежать раскачивания ствола на марше и случайных повреждений.

Корму корпуса разделили на три отсека внутренними водонепроницаемыми переборками. При преодолении водных преград вброд крайние отсеки могли заполняться водой — это не считалось критичным. Центральный отсек, где стоял двигатель, оставался сухим. Сверху крайние отсеки закрывали броневыми решётками: четыре из них обеспечивали приток воздуха для охлаждения радиаторов, а две средние служили для отвода нагретого воздуха. Надмоторная часть имела крышку с двумя вентиляционными отверстиями — они помогали поддерживать нужный температурный режим силовой установки.

В днище предусмотрели ряд технологических люков: через них можно было добраться до торсионов подвески, спускных кранов систем питания, охлаждения и смазки, водооткачивающей помпы и пробки картера коробки передач. Это существенно облегчало обслуживание, хотя в боевых условиях пользоваться ими было непросто.

Внутреннее устройство тяжелого танка Pz.Kpfw.V «Пантера»

Башня «Пантеры» и основное вооружение танка

Башня «Пантеры», выполненная в форме усечённого конуса, была сварной, с соединением листов в шип. Наклон стенок в 65° дополнительно повышал вероятность рикошета, превращая башню в своего рода «отбойник» для снарядов. В передней части, в литой маске полуцилиндрической формы, размещались пушка, спаренный пулемёт и прицел.

Вращение башни обеспечивал гидравлический поворотный механизм мощностью 4 кВт. Его скорость зависела от оборотов двигателя: при 2500 об/мин полный оборот занимал 17 секунд вправо и 18 секунд влево. Если двигатель был выключен, башню приходилось поворачивать вручную — но из-за неуравновешенности конструкции при крене более 5° это становилось практически невозможным.

Командирская башенка на крыше башни имела шесть, а позднее семь смотровых приборов — это давало командиру хороший круговой обзор и помогало быстрее оценивать обстановку.

Главным калибром «Пантеры» стала 75-мм пушка KwK 42, выпускавшаяся на заводе Rheinmetall-Borsig в Дюссельдорфе. Длина ствола в 70 калибров (5250 мм) вместе с дульным тормозом давала общую длину 5535 мм. Масса орудия составляла 1000 кг, а всей установки с маской — 2650 кг. Диапазон вертикальной наводки от −8° до +18° позволял эффективно работать как по наземным целям, так и по укрытым позициям.

Пушка имела вертикальный клиновой затвор и полуавтоматику копирного типа, размещённую на правой стороне казённика и на люльке. Противооткатные устройства включали гидравлический тормоз отката и воздушно-жидкостной накатник, а подъёмный механизм был секторного типа. Выстрел производился стационарным электроспуском, кнопка которого находилась на рукоятке маховика подъёмного механизма — это позволяло наводчику вести огонь, не отрываясь от прицела.

Боекомплект пушки составлял 79 выстрелов у Ausf D и A и 82 выстрела у G. Снаряды размещали в нишах подбашенной коробки, в отделении управления и в боевом отделении — так обеспечивалась гибкость подачи боеприпасов в зависимости от ситуации. Для пулемётов боекомплект был внушительным: 5100 патронов у D и A, 4800 — у G.

Спаренный с пушкой 7,92-мм пулемёт MG 34 дополнял огневую мощь на ближних дистанциях.

Курсовой пулемёт устанавливали в лобовом листе корпуса: в модификации D — в бугельной установке, в A и G — в шаровой. На башенках версий A и G предусматривали возможность монтажа зенитного MG 34 — это могло пригодиться для борьбы с низколетящими целями.

Прицельные системы различались по модификациям: Ausf D оснащали бинокулярным телескопическим ломающимся прицелом TZF 12, а Ausf A и G — монокулярным TZF 12a. Прицелы выпускала фирма Carl Zeiss в Йене.

В качестве вспомогательного вооружения на «Пантере» применяли «устройство ближнего боя» (Nahkampfgerät) — 26-мм мортирку, установленную в правой задней части крыши башни. Её боекомплект включал дымовые (12 шт.), осколочные (20 шт.) и осколочно-зажигательные (24 шт.) снаряды. Это было своеобразным «последним рубежом» обороны, когда противник подбирался вплотную к танку.

Двигатель и трансмиссия «Пантеры»

Силовой установкой танка служил 12-цилиндровый карбюраторный четырёхтактный двигатель Maybach HL 230P30 мощностью 700 л. с. (515 кВт) при 3000 об/мин. На практике обороты редко доходили до номинальных и держались около 2500 об/мин — это продлевало ресурс мотора. V-образное расположение цилиндров под углом 60°, диаметр цилиндра 130 мм и ход поршня 145 мм делали двигатель достаточно компактным, но требовательным к обслуживанию.

Топливом служил этилированный бензин с октановым числом не ниже 74. Пять бензобаков общей ёмкостью 730 л обеспечивали приличный запас хода, но высокая мощность и масса машины делали расход значительным. Подача топлива была принудительной, с помощью четырёх диафрагменных насосов Solex, а смесеобразование обеспечивали четыре карбюратора Solex 52FFJIID.

Система смазки работала по циркуляционной схеме с сухим картером и включала три шестерёнчатых насоса: один нагнетающий и два отсасывающих. Такая конструкция позволяла поддерживать стабильное давление масла даже при сильных кренах и тряске.

Охлаждение было жидкостным, с четырьмя радиаторами, соединёнными попарно последовательно. Общий объём системы составлял около 170 л. По обе стороны двигателя стояли вентиляторы типа Zyklon — они прогоняли воздух через радиаторы, поддерживая рабочую температуру.

Для запуска в холодное время года использовали термосифонный подогреватель, который отапливали паяльной лампой, устанавливаемой снаружи на кормовом листе. Это простое, но эффективное решение помогало избежать проблем с запуском при низких температурах.

Трансмиссия объединяла карданную передачу, трёхдисковый главный фрикцион сухого трения, коробку передач АК 7-200, механизм поворота фирмы MAN, бортовые передачи и дисковые тормоза LG 900. Коробка передач была трёхвальной, семиступенчатой, пятиходовой, с постоянным зацеплением шестерён и конусными синхронизаторами для включения передач со второй по седьмую.

Картер коробки передач жёстко соединялся с картером механизма поворота, образуя единый монтажно-демонтажный агрегат. Механизм поворота состоял из двух планетарных редукторов, а мощность к бортовым передачам передавалась короткими поперечными валиками с зубчатыми муфтами.

Управление танком строилось на комбинированных приводах с гидросервоприводом следящего действия и механической обратной связью — это снижало усилия на органах управления и делало вождение более предсказуемым, хотя и усложняло систему.

Ходовая часть танка

Ходовая часть «Пантеры» на один борт включала восемь сдвоенных опорных катков с резиновыми бандажами диаметром 850 мм. Подвеска была торсионной, причём для увеличения хода подвески торсионы делали двойными — это обеспечивало вертикальное перемещение катка на 510 мм, заметно смягчая удары при движении по пересечённой местности. Передние и задние катки дополнительно оснащались гидравлическими амортизаторами — они гасили остаточные колебания и повышали устойчивость машины на ходу.

Ведущие колёса располагались спереди и имели два съёмных зубчатых венца по 17 зубьев каждый. Зацепление было цевочным, а между ведущим колесом и первым опорным катком ставили отбойный ролик — он предотвращал соскакивание гусеницы при резких манёврах.

Направляющие колёса были литыми, с металлическими бандажами и кривошипным механизмом натяжения гусениц. Гусеницы делали стальными, мелкозвенчатыми: каждая состояла из 86 одногребневых литых траков шириной 660 мм с шагом 153 мм. Такая конструкция обеспечивала хорошее сцепление и относительную плавность хода, хотя масса танка всё равно серьёзно нагружала ходовую часть.

Электрооборудование, связь и специальные системы танка «Пантера»

Электросистема «Пантеры» была выполнена по однопроводной схеме с напряжением 12 В. Источниками энергии служили генератор Bosch GTLN700 12-1500BJ1 мощностью 0,7 кВт и два аккумулятора Bosch ёмкостью 150 А·ч. Потребителями были электростартер Bosch BFD624ARS15 (4,4 кВт), контрольные приборы, подсветка прицелов, приборы звуковой и световой сигнализации, аппаратура освещения, а также электроспуски пушки и пулемётов.

Связь обеспечивала радиостанция Fu 5 с дальностью действия 6,4 км в телефонном режиме и 9,4 км — в телеграфном. Танк был оборудован автоматической системой пожаротушения, сигнализация от которой выводилась на панель приборов механика-водителя.

Боевое применение тяжелых танков Pz.Kpfw.V «Пантера»

Изначально «Пантерами» предполагалось заменить в боевых частях танки Pz III и Pz IV, однако темп серийного производства не соответствовал потребностям войск. В конце концов генеральный инспектор танковых войск вермахта генерал-полковник Г.Гудериан после консультаций с министром вооружения А.Шпеером постановил, что перевооружению новыми танками подлежит только один батальон в танковом полку.

В состав батальона входили четыре роты по 17 танков в каждой. При штабе состояло 8 танков, саперный взвод и взвод ПВО, вооруженный самоходными орудиями Mobelwagen или Wirbelwind. Имелась в батальоне и техническая рота, укомплектованная эвакуационными тягачами и различными автомашинами. На практике же организация частей никогда не соответствовала штату. В частях панцерваффе насчитывалось в среднем 51 — 54 танка «Пантера», а в войсках СС (Waffen SS) 61-64.

Первыми воинскими частями, которые укомплектовали «пантерами», стали 51-й и 52-й танковые батальоны. Их формирование закончилось к 15 июня 1943 года. Они составили 10-ю танковую бригаду (Panther-Brigade 10). В составе войск СС также сформировали бригаду «пантер».

Всего же в середине 1943 года в эксплуатации находилось около 240 танков модификации D.

В операции «Цитадель» приняли участие 196 танков. Боевой дебют их не был удачным — только по техническим причинам из строя вышли 162 «пантеры». Из-за нехватки тягачей немцам удалось эвакуировать лишь небольшое число танков, 127 машин остались на территории, занятой Красной Армией, и оказались потерянными безвозвратно.

Перевооружение «пантерами» шло довольно интенсивно. Во многих случаях это совпадало с передислокацией танковых частей и соединений или отводом их в тыл для ремонта и пополнения материальной части. Так, например, 16-я танковая дивизия получила новые танки в октябре 1943 года, при переброске из Италии на Украину. До конца 1943 года было перевооружено по одному батальону во 2, 3, 4, 7 и 19-й танковых дивизиях; 51-й батальон включили в состав 9-й танковой дивизии. В первую очередь «пантеры» поступали в элитные соединения: танковые дивизии СС GroB deutschland («Великая Германия»), Hermann Goring («Герман Геринг») и другие. Небольшое число танков задействовали и в учебных целях, например, в 1-й танковой школе (1.Panzer Schule). В 1944 году процесс перевооружения продолжился.

Пара танков Pz.Kpfw.V «Пантера» брошенных экипажами

«Пантера» на Восточном фронте: мифы и документы

Когда речь заходит о применении «Пантер» на Восточном фронте, цифры начинают жить своей жизнью: в одних источниках немецкие танки горят десятками, в других — советские машины сгорают сотнями. Всё потому, что информационная война против нашей страны началась задолго до окончания Второй Мировой войны. Послушаем, например, «невероятную историю» о приключениях доблестных немецких танкистов.

Польский автор Януш Ледвох в своей книге «Panther», упоминая о тяжелых боях к востоку от Варшавы летом 1944 года, пишет: «28 и 29 июля 2-й батальон 5-го танкового полка СС уничтожил 107 советских танков (Т-34, «Шерман» и «Валентайн»), потеряв при этом 6 боевых машин (Pz IV и пять «пантер»)».

Сразу вслед за этим идет речь о другом эпизоде, но уже в иной тональности: «Под Студзянками воевали не только «четыре танкиста и собака», но и подразделения 27-го полка 19-й танковой дивизии, которые потеряли в этом бою 9 «пантер». Было уничтожено также несколько «пантер» из дивизии СС «Герман Геринг». Подобный успех польских Т-34-76 из 1-й танковой бригады имени Героев Вестерплатте можно объяснить только тем, что польские танки занимали оборонительные позиции. При контратаках же Т-34 несли большие потери».

Как говориться: «следите за руками». Интересно ведь получается: при столкновениях «пантер» с советскими танками последние горят как спички, польские же, наоборот, добиваются успеха, хотя и с некоторыми оговорками. Ничего кроме улыбки подобная «объективность» вызвать не может.

Поляки воевали на таких же танках, что и наши, и уровень их боевой подготовки был таким же. Ко всему прочему, не следует забывать, что более 50% личного состава 1-й польской танковой бригады составляли советские танкисты, откомандированные в Войско Польское, причем это были наиболее квалифицированные специалисты — командиры машин (они же наводчики) и механики-водители.

А вот, для примера, уже документ: бой у деревни Лисянка 19 февраля 1944 года, зафиксированный в официальном отчёте НИИБТ-Полигона. «Пантеры», заняв оборону, подбили несколько Т-34, а затем сосредоточили огонь на подошедших ИС-85. Тяжёлые советские танки подпустили близко — на 600–800 м, где преимущество немецкой пушки было максимальным. Итог: два ИС сожжены, три подбиты.

Однако ночью немцы оставили позиции, бросив 21 боевую машину, в том числе 16 «Пантер». Часть из них была подорвана, но многие оказались исправными — просто без топлива. Этот факт особенно важен: формально эти танки не были уничтожены в бою (и потому, часто вообще не включены немцами в потери), но фактически выбыли из строя. А в реальной войне «потеря» — это любая машина, которую противник больше не может использовать.

Если же уйти от отдельных эпизодов и посмотреть на общую картину, статистика даёт трезвую оценку:

С 1 декабря 1943 года по 30 ноября 1944 года на Восточном фронте немцы потеряли 2116 «Пантер».

«Пантера» на Западном фронте

К моменту высадки союзников в Нормандии «Пантера» уже успела заработать репутацию грозного противника — и на Западе её репутация только укрепилась. К 6 июня 1944 года в танковых частях вермахта и войск СС на этом театре военных действий числилось 663 танка этого типа. Для союзных войск это был по-настоящему «крепкий орешек»: пробить лобовую броню «Пантеры» на дистанции было непросто, а её пушка уверенно поражала любую американскую и британскую бронетехнику того времени.

Боевой дебют «Пантер» на Западе получился драматичным. Уже вечером 8 июня 1944 года две роты из 12-й танковой дивизии СС «Гитлерюгенд» уверенно прошли открытую местность у Ле Буржа и подошли к Бреттевилю. Но здесь их ждал неприятный сюрприз: замаскированные противотанковые орудия канадцев открыли прицельный огонь. В отсветах горящих домов силуэты танков стали отчётливо видны, и «Пантеры» превратились в удобные мишени. Итог — три подбитые машины.

На следующий день ещё 12 «Пантер» снова угодили в засаду. На поле боя осталось семь танков.

В танковом бою «Пантера» почти всегда брала верх. Единственным союзническим танком, который мог хоть как-то противостоять ей, был британский «Шерман Файерфлай» с усиленной 76-мм пушкой. Но таких машин было сравнительно немного, и они не могли переломить общий баланс огневой мощи.

Яркие примеры эффективности «Пантер» дают отдельные экипажи. Так, 15 июля 1944 года обер-юнкер СС Фриц Ланганке из 2-й танковой дивизии СС «Рейх» подбил пять «Шерманов» из 3-й американской танковой дивизии на дороге у Сен-Дени. Ещё более впечатляющим выглядит результат унтер-шарфюрера СС Эрнста Баркмана, который 27 июля уничтожил девять «Шерманов», хотя и сам получил повреждения.

Поняв, что в прямых танковых схватках рассчитывать на лёгкую победу не приходится, союзники сделали ставку на авиацию. Именно удары с воздуха стали главным фактором потерь «Пантер» на Западном фронте. Штурмовики и бомбардировщики охотились за колоннами, стоянками и местами сосредоточения бронетехники, нивелируя преимущества брони и дальнобойной пушки.

С 1 сентября по 30 ноября 1944 года на Западе было безвозвратно потеряно 613 «Пантер».

Иногда исход боя решался не столько техникой, сколько психологией и инструкциями командования. Яркий пример — штурм Херлисхайма 17 января 1945 года силами «Пантер» 10-й танковой дивизии СС «Фрундсберг». Американская артиллерия подбила несколько танков, и на улицы города прорвались лишь две «Пантеры». Но этого оказалось достаточно: ведя огонь в упор, они за считанные минуты вывели из строя несколько «Шерманов». Над оставшимися американскими машинами быстро появились белые флаги — их выбрасывали экипажи, даже не успевшие вступить в бой.

Причина такой реакции — жёсткая инструкция американского командования, запрещавшая вступать в ближний бой с «Пантерами». На малых дистанциях преимущество немецкой пушки и брони становилось подавляющим, и командование предпочитало избегать таких столкновений. В результате немцы захватили 12 исправных «Шерманов» — редкий трофей, показывающий, как тактика и психология могут влиять на исход боя не меньше, чем толщина брони.

***

Промышленность Германии до последнего пыталась насытить фронт танками: в 1945 году было выпущено 507 «Пантер». На 1 марта в германских частях числилось 1763 линейных танка, 169 командирских машин и 256 БРЭМ. Однако стремительно ухудшавшаяся обстановка на фронтах сводила на нет все усилия.

Уже к 28 апреля картина стала совсем иной:

• Восточный фронт: 446 «Пантер» (из них лишь 288 боеготовых);
• Западный фронт: 29 машин (24 боеготовых);
• Италия: 24 танка (23 боеготовых).

В отдельных соединениях ситуация выглядела ещё контрастнее. Например, в учебной танковой дивизии на Западе осталось всего семь «Пантер», а в 26-й танковой дивизии в Италии — 24 машины. 10-я танковая дивизия СС «Фрундсберг» на центральном участке Восточного фронта сохраняла относительную боеспособность с 34 танками. На юге же, в составе трёх элитных дивизий СС («Лейбштандарт Адольф Гитлер», «Рейх» и «Мёртвая голова»), оставалось всего 23 «Пантеры» — показатель того, насколько истощены были лучшие части.

Всего с 5 июля 1943 по 10 апреля 1945 года было потеряно 5629 танков «Пантера». Это число не является окончательным: бои с участием этих машин продолжались в Чехословакии вплоть до 11 мая 1945 года, и реальное количество уничтоженных «Пантер» несколько выше.

Трофейные Pz.Kpfw.V «Пантера» в советской армии

«Пантеры» в армиях других государств

Танки «Пантера» в армиях других стран

Советской армии в ходе боев достались десятки совершенно исправных танков Pz.Kpfw.V «Пантера», их было так много, что пришлось даже выпустить руководство службы на русском языке для экипажей.

Трофейные машины применяли там, где требовалась высокая огневая мощь, — прежде всего как истребители танков. Например, в 109-й танковой бригаде немецкие танки эксплуатировали до июля 1944 года. По сохранившимся воспоминаниям танкистов, «Пантера» была технически сложной, но мощной и надёжной машиной.

На вооружении армий союзников Германии «пантеры» не состояли, хотя такие попытки предпринимались.

В феврале 1943 года в Риме прошли германо-итальянские переговоры по вопросу развертывания лицензионного производства «пантер» в Италии. Их выпуск, а позже и выпуск «Пантеры II», предполагалось наладить на заводе фирмы FIAT с темпом сборки 50 машин в месяц. При этом танки должны были в основном поступать в итальянскую армию. Производственные трудности (нехватка в Италии стали и цветных металлов), а затем и капитуляция Италии в сентябре 1943 года похоронили эти планы.

В июле 1944 года пять танков Ausf G заказала Венгрия — наиболее стойкий союзник Германии. Однако заказ, по-видимому, так и не был выполнен.

Серьезно интересовались «Пантерой» и японские военные. Один танк они даже закупили (как, впрочем, и «Тигр»). Правда, ни тот, ни другой в Японию так и не доставили.

В 1943 году одна «Пантера» модификации А была продана Швеции.

В послевоенное время «пантеры» состояли на вооружении в Чехословакии (около 70 единиц), Венгрии и Франции. Во Франции до 1947 года 50 «пантерами» был вооружен 503-й танковый полк, дислоцировавшийся в Мурмелоне.

Танки «Пантера» в музеях по всему миру

До наших дней сохранилось довольно много танков этого типа. Во Франции их четыре. В экспозиции танкового музея в Самюре (Saumur Musee des Blindes) имеются две «пантеры» модификации А — одна на ходу, другая стационарная. Два танка находятся в Париже как дар городу от 2-й бронетанковой дивизии генерала Леклерка.

Две «пантеры» модели G, собранные уже после войны, сохраняются в Великобритании. Одна в танковом музее в Бовингтоне (RAC Tank Museum), там же находится и «тесная башня» Schmalturm. Другая — в военном колледже в Шрайвенхеме (Shrivenham Military College), закрытом для посетителей.

В голландском городе Бреда можно увидеть «Пантеру» Ausf D — подарок городу от 1-й польской танковой дивизии генерала Мачека. Еще один танк, но модели G, экспонируется в Национальном военном музее (National War and Resistance Museum).

В Германии, в музее при 2-й танковой школе бундесвера в Мюнстере имеется «Пантера» Ausf А.

В швейцарском танковом музее в г.Туне, закрытом для посетителей, хранится танк модификации D.

В США тоже четыре «пантеры». Две — моделей А и G — в музее Абердинского полигона (Aberdeen Proving Ground Museum). Две других-в Форт-Кнокс, в музее кавалерии и бронетанковых войск (The Patton Museum to Cavalry and Armor); обе машины модели G, причем одна из них статичная, а другая, с экспериментальной ходовой частью — на ходу.

В канадском военном музее (Military Museum of Canada) экспонируется «Пантера» Ausf А.

И, наконец, еще одну «Пантеру» модели А можно увидеть в Музее бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке.