Общий ход боя у мыса Сарыч

Возвращаясь от Анатолийских берегов в Севастополь, не доходя 40 миль до Херсонесского маяка, дозорные крейсеров «Па­мять Меркурия» и «Алмаз» в 12 ч 05 мин сделали сигнал прожекто­ром, что видят неприятеля прямо по носу, и стали поворачивать.

С «Евстафия» силуэты неприятельских кораблей «Гебен» и «Бреслау» первым заметил сигнальщик Бурдейный и тотчас же доложил вахтенному начальнику мичману Григоренко, что он видит его по носу и, как ему кажется, с застопоренными ма­шинами. Мичман Григоренко приказал ему смотреть хорошень­ко, сказав, что, может быть, это «Синоп» но сигнальщик утверж­дал, что одно из судов очень большое и с двумя мачтами.

В 12 ч 15 мин была пробита боевая тревога. Дальномер показал расстояние 68 кб, неприятель шел уже хорошим ходом нам навстречу и быстро сближался.

В 12 ч 17 мин привели неприятеля на курсовой угол 90 градусов правого борта; дальномер показал расстояние 55 кб. Было впе­чатление, что неприятель намеревался пересечь наш курс.

броненосцы черноморского флота

Броненосцы Черноморского флота, фото 1913 года

В 12 ч 20 мин расстояние уменьшилось до 40 кб, и в этот момент с «Евстафия» был сделан залп из носовой и кормовой 12-дм башен, который попал в левый борт «Гебена» около фок-мечты и, по-видимому, произвел огромный пожар, так как на нем было замечено большое пламя.

Дали второй залп, но его заволокло дымом, расстояние уменьшилось и дошло до 36 кб. Продолжали стрелять беглым огнем из 12-дм орудий, 8-дм и 6-дм. Всего было выпущено:

  • 12-дм — 16 снарядов (носовая башня сделала 12 выстрелов и кормовая — 4 выстрела, так как мешал дым).
  • 8-дм — 14
  • 6-дм -19

Спустя несколько минут «Гебен» стал отходить, медленно поворачивая вправо, затем положил не борт и лег на контркурс. Мы продолжали стрелять до того момента, пока он не скрылся в легком тумане и дыму. Бой длился около 14 мин с небольшим перерывом. Корпус «Гобена» все время был очень плохо виден.

Продолжая медленно катиться вправо, справа по носу был замечен плавучий бочонок с шестом, который показался весьма подозрительным, вследствие чего отданное уже приказание: «Право на борт» командующим флотом было отменено. Положи­ли лево на борт, и повернув, легли сначала на курс 20 градусов, а вскоре на 65 градусов, будучи все время на чеку, в предположении, что «Гебен», пользуясь погодой, снова может неожиданно показаться, однако этого не случилось. Вскоре горизонт несколько улучшился и, убе­дившись, что неприятеля нигде вблизи нет, легли ко входу в про­траленный канал.



Повреждения полученные «Евстафием»

«Гебен» открыл огонь по «Евстафию» сейчас же вслед за первым нашим залпом, стреляя исключительно 11-дм снаряда­ми, фугасными и бронебойными, доказательством чему служат собранные на корабле осколки.

Первый залп «Гебена» дал перелет от 0,5 до 1 кб, но однако, одним снарядом перебило фок-штаг, а другой пробил среднюю дымовую трубу, разорвался над палубой и осколками несколько по­вредил обе барказные шлюпбалки, стоявший под ними моторный барказ, перебил его тали и пробил левый отличительный фонарь.

Второй залп был недолетный, но один снаряд упал очень близко от борта разорвался, и его осколками изрешетило небронированный борт (обшивку) и, кроме того, разрушило переборку и дверь на противоположном борту одной кондукторской каюты.

Третий залп дал два попадании во 2-ой 6-дм каземат, при­чем один снаряд был бронебойный, неразорвавшийся и остав­шийся лежать на палубе в каземате около орудия, без головной чести и без дна, заполненный желтоватым порошком пикрино­вой кислоты в картонной оболочке. Колпачок снаряда найден в каземате.

Второй снаряд был, несомненно, фугасный, который, разорвавшись, убил всю прислугу орудия (10 человек), часть прислуги подачи беседок и плутонгового командира мичмана Григоренко. Из числа людей подачи были и тяжело раненые.

Эти два снаряда сделали разрушение в каземате довольно серьезное; оторвана казематная плита и свалена не срез, у дру­гой плиты откололо угол; борт и палуба, прилегающие к этим плитам, сильно повреждены (разорваны). Одна плита 6-дм тра­верза сдвинута в помещение бани. Осколки вышли через дверь в палубу, которыми разбило электровентилятор, правую сторо­ну церкви, чемоданные рундуки, рельс подачи и другие пред­меты. От газов загорелись 6-дм патроны и церковь, но пожар был быстро прекращен прислугой противоположного борта 7 и 8 плутонгов. Орудие II каземата цело, повреждены вспомога­тельные механизмы, прицелы сбиты. Поврежден был элеватор 7 плутонга; повреждение было исправлено. Часть осколков от этих снарядов попала в правую баню.

Четвертый снаряд дал попадание у поста командира 9-го 6-дм плутонга, между 17 и 19 казематами, рядом с проре­зью в броне для плутонгового командира. Этот снаряд (фугас­ный) пробил 6-дм бортовую броню, сделав аккуратное, совер­шенно круглое отверстие, как иллюминатор, разорвался на мелкие части, видимо, пройдя переборку офицерского камбуза, и совершенно разрушил как само помещение, так и сами камбу­зы — офицерский и кондукторский. Этим снарядом убило плу­тонгового командира мичмана Эйлера, его помощника мичмана Семенова смертельно ранило и обожгло (тут же умер). Убило и тяжело ранило всю прислугу подачи беседок к 17 и 19 орудиям; убило всех бывших в камбузе поваров и их помощников, а также осколками бывших на противоположном борту командире плутонга лейтенанта Мязговского и прислугу беседок.

Осколки и газы проникли через кочегарный кожух в сред­нюю кочегарку, а один из них, через командный камбуз, ударил­ся в тыльную броню 16-го каземата и, рикошетировав, смертельно ранил командира плутонга мичмана Гнилосырова. Часть оскол­ков попала в кузницу в жилой палубе, повредив в правом коче­гарном кубрике паровые и водяные трубы. Часть осколков, про­бив палубу, прошла вверх через кочегарный кожух в левую траверзную 75-мм батарею, ранив в ногу одного человека (штаб­ного писаря Скоробогатова). В 9 плутонге снаряд расшвырял и воспламенил гильзы, сделал пожар в камбузе и небольшой в куз­нице. Все было быстро погашено.

Турецкий (германский) крейсер "Гебен"

Турецкий (германский) крейсер «Гебен»

Много осколков этого же снаряда, пройдя в кочегарный кожух, попали на кочегарную площадку, ранив в голову доволь­но сильно четырех бывших там кочегаров у вспомогательных механизмов. Сами механизмы не пострадали. Часть осколков, уже обессиленных, упала в кочегарку. Силою газов, от разрыва этого же снаряда, прошедших в кочегарку через кожух, откры­ло все прогарные дверцы у всех котлов, отбросив кочегаров к бортам и заполнив помещение газами, но кочегары не расте­рялись, быстро оправились и продолжали свое дело. Один из осколков все того же снаряда, ударившись в тыльную обшивку каземата, разорвал ее, выпучив внутрь и сильно ранил одного из прислуги.

Пятый залп дал попадание о борт несколько выше броне­вого 8-дм пояса у лазарета, снаряд разорвался в нем, и все там разрушил. Осколками повреждена 76-мм правая лебедка и каю­та фельдшеров на левом борту. Часть осколков прошла через непроницаемую переборку в кондукторское отделение, сильно повредив одну каюту и ванну.

6 и 7 залпы были перелетные по корме.

Кроме перечисленного, во многих местах по 6-дм бата­рее в жилой палубе (правый и левый кочегарные кубрики), лаза­ретном и кондукторском помещениях перебиты электропровода, магистрали тока (9 плутонг); повреждены станции обиходного телефона, водяные и паровые трубы отопления и самоваров.

Считаю своим долгом отметить о превосходном поведении всех чинов вверенного мне корабля, как офицеров, так и кон­дукторов и команды. В продолжение боя и посла него настроение было бодрое, на корабле не заметно было нигде ни замешательства, ни суеты, все спокойно и уверенно делали свое дело, честно исполняя свой долг.

Капитан I ранга В.И. Галанин

Примечание: в ходе боя 5 ноября 1914 года между черноморской эскадрой (5 броненосцев, в сумме 16 х 305-мм орудий и 4 х 254-мм, однако бой вел только флагман — «Евстафий» — 4 х 305-мм орудия) и переданным турецкой стороне германским крейсером «Гебен» (10 х 280-мм орудий), последний получил повреждения и пользуясь преимуществом в скорости, ушел.


Источник: компиляция по РГА ВМФ. ф.408 On. Г. Д.245Э. Л. 4.5.